Это отрывок из моего теоретического диплома «Экология бытия экология сознания» 2010 года.
«Экологическое сознание возникло внезапно, в считанные годы, в конце 1960-х.
Экология словно взорвалась перед человечеством, и произошло это одновременно с другим взрывом, со взрывом атомной бомбы.
Атомная бомба была последней точкой в вере в прогресс, в том числе, в вере в науку — двигатель прогресса. Стало ясно, что и история развивается далеко не по восходящей линии, и что о «развитии» в истории можно говорить лишь очень условно, и, во всяком случае, что обожествление науки завело человечество в тупик, оторвало человека от природы, поссорило человека с ближними и самим собой.
Экологическая ситуация в мире стала ухудшаться в связи с научно-технической революцией и введением новых технологий. Американский биолог Мартин Моор-Эде так говорил о научно-техническом прогрессе: «Мы не созданы для того мира, который сами для себя создали».
Современная наука стала бурно развиваться в Западной Европе в последние 300-400 лет, и она положила начало новой или посттрадиционной культуре. Традиционная культура в качестве своего основания имела веру в Высшее Существо — Бога — и убежденность в том, что раз Бог совершенен, то и Его творение совершенно и не нуждается в реформах.
Это духовное понимание в практической и экономической сферах выражалось в том, что люди не усложняли свою материальную жизнь развитием искусственных потребностей. Экономика была аграрной, крупной индустрии не было, ремесла удовлетворяли бытовые потребности, люди были проще и мудрее, т. к. жили ближе к природе и чувствовали свою зависимость от нее.
В доиндустриальной Европе люди верили в то, что человеческая жизнь имеет божественную цель. Поэтому материальный прогресс играл второстепенную роль по отношению к духовному развитию. Хорошо сказал о менталитете людей тех времен профессор Йельского Университета Роберт Лопец:
«Им не было нужды, как Эйнштейну, создавать общую теорию физики, ибо Господь, обладающий всепроникающей природой, уже создал эту общность и единство. Он поддерживал порядок в мире, уравновешивал все противоречия, был импульсом всех действий, а также являлся общепринятой целью жизни».
Даже первые ученые Европы, такие как Н. Коперник, признавали, что Вселенная — это божественное творение. Но уже в эпохи Ренессанса и так называемого «Просвещения» ученые, опьяненные своими открытиями, все меньше стали замечать руку Бога на холсте Вселенной. Космос в их глазах становился все более холодным и безжизненным местом, который управляется не божественными силами, а просто математически описуемыми физическими законами.
Так появилась философия редукционизма, которая до сих пор составляет основу науки. Она означает, что душа и Бог безжалостно упраздняются как ненаучные понятия. Все наши внутренние переживания и устремления ученые пытаются объяснить рефлексами и высшей нервной деятельностью. Попытки понять феномен жизни на опытах с мышами и лягушками убедили ученых в верности материализма.
Как сказал один мудрый человек: «Варварские методы привели к варварским выводам». Но как именно сознание возникает из мертвой материи — до сих пор не понятно самим ученым.
Знание, не отягощенное ответственностью перед Богом, нужно было ученым для того, чтобы покорить природу. Всем известен афоризм Ф. Бэкона «Знание — сила». А вот известное высказывание Мичурина: «Мы не можем ждать милостей от природы. Взять их у нее — вот наша задача». Дух насилия и желания покорить природу ясно прослеживается в этих словах. Но, по иронии судьбы, чем больше мы «покоряем» природу, тем больше становимся зависимыми от нее.
Процесс разделения науки и религии не случайно начался именно в Европе. Духовенство, вследствие тесного слияния и компромиссов с политическими кругами, стало терять духовное знание — самую сущность религии. Утратив знание, священники стали противопоставлять веру разуму (Инквизиция) и этим отвратили от религии интеллигенцию, которая стала искать альтернативных путей объяснения мира. Это размежевание деградировавшего духовенства и ищущей интеллигенции и стало основой раскола разума и веры и породило материалистическую науку, которой чужда всякая духовность.
Это разделение привело к тому, что проиграли все: религию стали обвинять в сентиментальности и недостатке знания, а науку стали осуждать за излишний рационализм, холодность и бездуховность.
В Индии такого раскола между наукой и религией никогда не было, т. к. Веды объединяют в себе науку и религию, давая человеку и подробное научное описание мира, и высшую духовную цель жизни. Одним словом, Бога как источник мира можно не только познать (интеллектуально), но и полюбить (эмоционально и духовно).
И лишь во второй половине ХХ века со времен правления Д.Неру Индия, игнорируя свое духовное наследие, встала на порочный путь материализма.
Итак, наши экологические проблемы являются естественными и предсказуемыми последствиями деятельности цивилизации, основанной на материалистической науке и технократии, зародившихся в Европе несколько столетий назад и распространившихся по всему миру.»